Вальпургиева ночь, или Шаги командора

Весь мир — театр. А может быть, весь мир — сумасшедший дом, а люди в нем — пациенты?
Действие пьесы «Вальпургиева ночь, или Шаги Командора», написанной Венедиктом Ерофеевым в 1985 году, разворачивается в психиатрической больнице. Обитатели ее третьей палаты, с виду обычные изгои и маргиналы, на деле же — обаятельные чудаки и мудрецы, подкупающие своей спонтанностью и непосредственностью. Чем вызван их уход из социума? Отвержением общества, которое не принимало инаковость, или это сознательный выбор — отказ от принятых норм в пользу юродства, дарующего внутреннюю свободу? Третья палата лечебницы напоминает древнегреческий полис, государство в государстве — здесь ведутся споры не на жизнь, а на смерть и решаются сложнейшие мировые вопросы.

Вергилием в этом странном, немного пугающем, но очень живом мире выступает Лев Гуревич, странствующий поэт и философ, который измеряет время расстоянием от летнего солнцеворота, а расстояние — шириной Босфора. В этом герое, существующем на задворках мира, угадывается, конечно, и Веничка из «Москвы — Петушков», и сам Венедикт Ерофеев.

«Вальпургиева ночь, или Шаги Командора» — пьеса многослойная и сложносочиненная, она полна интеллектуальных парадоксов, литературных аллюзий и реминисценций (тут и Гёте, и Шекспир, и Пушкин). Серьезное в ней то и дело переплетается с комическим, от трагедии до комедии, от смеха до слез — один шаг. Режиссер Уланбек Баялиев умело играет с заложенными Ерофеевым контрастами, укрощает порой излишнюю литературность пьесы и находчиво привносит в действие театральность и живую жизнь. «Вальпургиева ночь, или Шаги Командора» — спектакль, одновременно смешной и горький, лихой и лиричный.

«Даже будучи изгоями, мы нуждаемся в любви — это главная жизненная необходимость. Может быть, об этом, об отсутствии любви, наша история», — так определяет смысл спектакля режиссер.