Постановка «Симона Бокканегры» на Зальцбургском фестивале стала одним из самых обсуждаемых событий сезона. Причина — не только звездный состав, но и элегантная режиссура, а также появление за дирижерским пультом Валерия Гергиева.

Режиссер, немецкий постановщик Андреас Кригенбург, известный своими интеллектуальными и минималистичными работами, перенес действие из средневековой Генуи в современность, попытавшись осмыслить политическую борьбу через призму современных медиа и фейков. Оформление спектакля художником Харальдом Б.Тором умышленно сдержанное, почти аскетичное. Политики и народ нервно листают новостные ленты, а решающий твит «Сделаем Геную снова великой» («Make Genoa Great Again») обеспечивает победу Симону Бокканегре на выборах.

Центральная вокальная сила спектакля — заглавный герой в исполнении итальянского баритона Луки Сальси, которого критики называют «лучшим баритоном Италии на сегодняшний день»: его Симон предстает не столько былинным героем, сколько человеком, уставшим от власти, но продолжающим нести ее бремя.

Абсолютной звездой вечера стала латвийская сопрано Марина Ребека в партии Амелии. Ее голос критики описывают как «роскошный», «сияющий» и «идеально подходящий для этой роли». Ей удалось совместить белькантовую гибкость с драматической мощью, создав образ любящей, сильной и трагической героини. Ее партнер, американский тенор Чарлз Кастроново в партии Габриэле Адорно, был назван «открытием»: его «чувственный голос» и искренняя игра создали на сцене вместе с Ребекой настоящие «островки блаженства» в дуэтах.

Венчает звездный квартет знаменитый немецкий бас Рене Папе в роли Якопо Фиеско, заклятого врага Бокканегры. Его великолепный, сочно звучащий голос был признан безусловным украшением вечера, а его ария «Il lacerato spirito» — одной из вершин спектакля. Несмотря на то, что партия была для него новой, он справился с ней блестяще, создав образ гордого, но внутренне раздавленного отца, потерявшего дочь.

За пультом Венского филармонического оркестра — маэстро Валерий Гергиев, который предложил очень личное, несколько неортодоксальное прочтение партитуры — медитативное и подчеркнуто сдержанное.