Мир этого «Щелкунчика» создан художником Михаилом Шемякиным. Шемякин не только рисовал эскизы костюмов и декораций, он придумывал образы персонажей, диктовал хореографу характер их пластики, и все причудливые превращения этой театральной сказки — плод его фантазии. В красочной фантасмагории шемякинского спектакля, населенного масками с длинными носами — не то людьми, не то мышами, подчеркивается драматизм, тревожность партитуры Чайковского. В этом балете, вдохновленном причудливыми гофмановскими фантазиями, нет места тихому семейному уюту и привычной гармонии классического танца — в предпраздничной суете на кухне орудуют крысы, пробуя сыры и колбасы, приготовленные для рождественского стола, а в лавке сластей летают мухи и пчелы. «Обстановку добротного уютного и "вкусного" бюргерского быта» художник представил с дотошностью старательного документалиста — ни одна кухонная мелочь, будь то поварешки или шумовки, гирлянды чеснока или ребра подвешенной среди утвари туши, не обделена вниманием художника. И зрителю ни на мгновение не приходится скучать — рассматривая трогательные подробности бутафории, декораций и костюмов, ребенок порадуется узнаванию знакомых предметов, а взрослый улыбнется порой неожиданному для детской сказки их использованию. «Задача новой постановки "Щелкунчика", — говорит Шемякин, — вернуть сказке гофмановский дух с элементами гротескного юмора, странностями и перевоплощениями; соединить изобразительную часть с музыкальным драматизмом Чайковского. И в чем-то воскресить оригинальное либретто Петипа, со временем искаженное и подзабытое. Обычно плюшевые мышата в многочисленных постановках не в состоянии вызвать у современного ребенка ни страха, ни симпатии. Уже начиная с 1920-х годов, мыши были заменены на крыс (в частности, у Федора Лопухова гофмановские Мышильда и ее сын превращены в крыс), ибо их поведение и в сказке, и в балете напоминает больше поведение крыс, этих странных и загадочных существ. В своей постановке я решил их "очеловечить". Это королевская семья, крысиная аристократия, военные и простой народец».
Ольга Макарова.
