У «Ромео и Джульетты» Григория Козлова два автора: Уильям Шекспир и Борис Пастернак. Стих чеканит трагедию. Спектакль графичный, как гравюра, черно-белый, как слова на бумаге. История, в которой есть только два цвета. Бело-черный мир без полутонов и оттенков. Добро и зло, солнце и холод, любовь и смерть, сегодня и никогда.
Чума в Италии, в Вероне чума. А люди хотят жить, влюбляться, жениться, растить детей, стариться и умирать в кругу семьи и друзей. Ажурное плетение стен, теплое рассветное солнце, свежесрезанные цветы, переборы гитарных струн — всем хочется жить в мире и согласии.
Но мира не будет. Война в Вероне, тихая, беспощадная и злая, как чума. Никто не помнит, с чего началась взаимная ненависть семей, бессмысленная затянувшаяся вражда всех утомила, но уже не остановиться. Вернуть мир в Верону отчаянно попытается монах, но только запустит новую цепочку смертей: Меркуцио, Тибальт, Парис, Ромео, Джульетта. Оборвутся на взлете жизни молодых, искренних, чутких, отважных — настоящих. За глупость отцов расплатятся дети — наследники, надежда семей, будущее Вероны. Ажур решеток обернется глухой стеной, теплый песок — пеплом. Мира не будет. Будущего нет.